Category: производство

Category was added automatically. Read all entries about "производство".

the real face

Иногда самое ничтожное обстоятельство...

(из "Записок" декабриста Николая Басаргина)

Перед выходом нашим из Читы с другом моим Ивашевым случилось такое событие, которое видимо показало над ним благость провидения. Я, кажется, упомянул уже, что он, Муханов и Завалишин, по собственной просьбе, остались в прежнем маленьком каземате. Им там было свободнее и покойнее. Я нередко, с разрешения коменданта, бывал у них и просиживал по несколько часов, другие товарищи также посещали их. В свою очередь, и они ходили к нам. Сверх того, мы виделись почти каждый день во время работы. Ивашев, как я замечал, никак не мог привыкнуть к своему настоящему положению и видимо тяготился им. Мы часто об этом говорили между собою, и я старался сколько можно поддерживать его и внушить ему более твердости. Ничто не помогало. Он был грустен, мрачен и задумчив.
Collapse )

the real face

О СОБЫТИЯХ ЗА РУБЕЖОМ.

В седьмом ласкокрасочном цехе, когда уже пора было в столовую, а у лектора по международному положению электрика Ибтина не получалось закруглиться с анализом ужасов Нью-Йорка, дежурный слесарь Котельников ему говорил:
Collapse )
the real face

КАК ДЕЛА-3.

Во-первых, началась доставка в Израиль куриных яиц из заграницы, в том числе, грузовыми самолётами. Это вовремя, потому что птицефабрики в посёлках провели все выходные в осаде: у заборов приехавшие из города покупатели вели списки очередей, спорили, по сколько в одни руки давать, и донимали каждого замеченного, чего он слоняется по двору, а не вносит вклад в интенсификацию производства. Работники птицефабрик очень устали.

Collapse )
the real face

и ведь по сей день!

"22 декабря 1938 г.

Тт. редакторская коллегия! Читая «Правду» за 22.12.38 г. в статье Вашего корреспондента по Ново-Сибирской области «До конца разоблачить клеветников» упоминается о Томском горкоме. Фамилия известного оппозиционера Томского, врага советского народа, еще живет в нашей стране. Как ни печально, но факт.

Collapse )

the real face

по улицам ходило

"Ты меня на рассвете разбудишь".
А. В. (1977).
"Неохота вставать. Никогда не хотелось".
И. Б. (1976).
Человек на картинке работает. Шесть пенсов в неделю, нормальные деньги.
Collapse )
the real face

(no subject)

У знакомых дома прямо на стене вот такой гаджет сообщает температуру. Очень удобная штука, не надо ничего набирать, ждать, пока загрузится, сразу посмотрел и увидел, только с интерфейсом научиться разбираться. Интерфейс, кстати, оригинальный - основан на остроумной визуализации понятий "высокая температура" и "низкая температура".

Collapse )

добро победит!

Зачем прилетал-то?

....Как писали журналисты, во время появления метеорита в воздухе над Челябинском повисла густая пыль, многие почувствовали металлический привкус во рту. Местные это не то чтобы опровергают, скорее недоуменно смеются: стоит подняться ветру, так над городом и без того повисает густая пыль, металлический привкус бывает у всех, особенно по утрам в понедельник, а в этот раз, видно, просто вся пыль от цинкового завода разом поднялась в воздух.

...
Тут целый Ан-2 просохатили (самолет с шестью людьми бесследно пропал в Свердловской области прошлым летом. — Е. Р.), а вы думаете, какой-то камень найдут?

...
Вечером субботы в травмпункте городской клинической больницы № 1 сидели люди со сломанными ногами, вывихнутыми челюстями, подбитыми глазами и другими травмами внекосмического происхождения. Из жертв метеорита пришла только Лариса, но и она ушла ни с чем: бинты на сегодня закончились, а бинты, приготовленные на завтра, две суровые медсестры выдавать отказались.

...
как-то эта дыра метеоритная очень похожа на браконьерскую полынью, — аккуратно заметил сотрудник цинкового завода Слава. — Когда браконьеры зимой сети забрасывают, они как раз метров на восемь лед протапливают — вот и дыра.

Отсюда.
Большая удача

(no subject)

 Пришла глухая пора профориентации. Я объявил, что хочу на журналистику.
Клан был в ужасе, но мнение не навязывал.

- Давай, это только в моих интересах,- сказал папа.
- Чем это? - забеспокоился я.
- Смотри, если я сегодня хочу назвать тебя мудаком, это процедура. Нужна причина, обоснование, проработка мотивировки. А так - беру студенческий, читаю "Специальность - журналистка" и все очевидно.

 Дядя (выпусник мединститута) в демонстративной задумчивости спрашивал: - Интересно, чему там ПЯТЬ ЛЕТ учат? Нет, ну какой конкретно науке?

 Другой дядя (физмат) был определеннее:
 - Думают, что журналистом быть стыдно. Это спорное обобщение.
Вот приезжает журналист на завод "Три тройки". Приводят его в цех к знатному токарю Толе. Спрашивает он Толю, а что тот думает об исторических решениях двадцать шестого съезда партии. Толя в условиях отсутствия при развитом социализме безработицы и наличия острого временного дефицита квалифицированной рабочей силы предлагает засунуть решения названного съезда туда же, куда и решения предыдущих пронумерованных, если еще входит. "С воодушевлением встретили трудящиеся цехов и ферм области положения и выводы, содержащиеся в отчетном докладе дорогого товарища и генерального секретаря", - записывает журналист. Ну и что? Почему ему должно быть стыдно? Потому что он даже названия завода упомянуть не может? Потому что его писню ни один человек читать не будет? Так это дело индивидуальное, одному стыдно, другому нет.
Журналистом быть плохо не потому, что стыдно, а потому что больно. Вот мы пять лет учились. Это каждую субботу в общежитии танцы плюс четыре общеуниверситетских вечера. И каждый раз мы видели долгом отловить журналиста и насовать ему. Причем колотили его не за конкретные проступки, хотя многотиражку тоже взять в руки было невозможно, а за то, что добровольно выбрал эту, как ты говоришь, профессию. И до сих пор, если в институт ко мне кто-нибудь из них притаскивается за репортажем с переднего края науки, так он особо следит, чтобы не остаться один на один у синхрофазотрона.

  Этот дядя, фигура замечательная во многих, если не во всех, отношениях, неоднократно доказывал правоту своих жизненных наблюдений.  В развитии моих способностей к элоквенции поворотным моментом явилась его случайно подслушанная формула: «Взялся за грудь, говори что нибудь». Директору института он объяснял: «Не поеду я в Москву в командировку, там Брежнев, я его боюсь». Влияние его на встречных было неотвратимым и благодатным.

Я поступил на химфак. В ноябре был первый общеуниверситетский вечер. Я постигал постепенно преемственность добрых традиций нашего ВУЗа. 


Написано шесть лет тому, подросло новое поколение читателей.

the real face

КАК НАЧАЛАСЬ ВТОРАЯ ЛИВАНСКАЯ ВОЙНА.

 В четверг вечером были в Синематеке на "Солярисе". Посреди научнофантастической хери и всегда веселящего Юлиана Семенова в роли журналиста там была громадная музыка и Гринько в роли отца и ощущение оставалось всю пятницу. В субботу ходил по колено в море в сторону Атлита. Медузы ещё не приплыли, на горе за Тирой страшно горел лес.
 В воскресенье звенел будильник, но сон не ушёл. Снилось, что к стоянке позади завода едут два автобуса, набитых боевиками. И я с ними, они хотят захватить людей, которые вот сейчас закончат дневную смену и выйдут к развозкам. Я тоже захвачен, но мне удаётся убедить отпустить меня посмотреть, что происходит на заводе. Я иду от стоянки и соображаю, что можно сделать за четверть часа, оставшиеся до конца смены, и как убедить всех, что всё всерьёз. Захожу к директору, у него совещание, сидят все, кто нужно. И будильник.

 Весь день я думал, что бы я им сказал и какой план. Задержать смену - боевики ворвутся на завод, будет бойня. Спрятать женщин, мужчинам взять ответки, зубила, молотки - все ли готовы пойти навстречу ужасу, не заметят ли боевики - молодые арабские парни - что женщин совсем нет? И т. п. Весь день ворочал в мозгу: что сделать, как убедить.
Вечером по телевизору сказали: на границе с Газой похищен израильский военнослужащий.
 
Через две с днями недели поехал между совещаниями менять фото в паспорте, продлевать загранпаспорт. МВД: роскошное здание, четверть часа на всё, хороши собой сотрудницы. На обратном пути читал прихваченную газетку - только появились бесплатные - про ситуацию с Шалитом и в чём правительство неправо. Пришёл на совещание, телевизор: на границе с Ливаном бой, два солдата пропали.
 Первая ракета Хизбаллы упала в конце нашей улицы через день. 

the real face

(no subject)

Пришла глухая пора профориентации. Я объявил, что хочу поступать на журналистику.
Клан был в ужасе, но мнение не выражал.

-Давай, это только в моих интересах,- сказал папа.
-Чем это? - забеспокоился я.
-Смотри, если я сегодня хочу назвать тебя мудаком, это процедура. Нужна причина, обоснование, проработка мотивировки. А так - беру студенческий, читаю "Специальность - журналистка" и все очевидно.

Дядя (выпусник мединститута) в демонстративной задумчивости спрашивал: -Интересно, чему там ПЯТЬ ЛЕТ учат? Нет, ну какой конкретно науке?

Другой дядя (физмат) был определеннее: - Думают, что журналистом быть стыдно. Это спорное обобщение. Вот приезжает журналист на завод "Три тройки". Приводят его в цех к знатному токарю Толе. Спрашивает он Толю, а что тот думает об исторических решениях двадцать шестого съезда партии. Толя в условиях отсутствия при развитом социализме безработицы и наличия острого временного дефицита квалифицированной рабочей силы предлагает засунуть решения названного съезда туда же, куда и решения предыдущих пронумерованных, если еще входит. "С воодушевлением встретили трудящиеся цехов и ферм области положения и выводы, содержащиеся в отчетном докладе дорогого товарища и генерального секретаря", - записывает журналист. Ну и что? Почему ему должно быть стыдно? Потому что он даже названия завода упомянуть не может? Потому что его писню ни один человек читать не будет? Так это дело индивидуальное, одному стыдно, другому нет. Журналистом быть плохо не потому, что стыдно, а потому что больно. Вот мы пять лет учились. Это каждую субботу в общежитии танцы плюс четыре общеуниверситетских вечера. И на каждый раз мы видели своим долгом отловить журналиста и насовать ему. Причем колотили его не за конкретные проступки, хотя многотиражку тоже взять в руки было невозможно, а за то, что добровольно выбрал эту, как ты говоришь, профессию. И до сих пор, если в институт ко мне кто-нибудь из них притаскивается за репортажем с переднего края науки, так он особо следит, чтобы не остаться наедине со мной у синхрофазотрона.

Этот дядя, фигура замечательная во многих, если не во всех, отношениях, неоднократно доказывал правоту своих жизненных наблюдений. Поворотным пунктом в развитии моих способностей к элоквенции явилась его случайно подслушанная формула: «Взялся за грудь, говори что нибудь». Директору института он объяснял: «Не поеду я в Москву в командировку, там Брежнев, я его боюсь». Влияние его на встречных было неотвратимым и благодатным.
Я поступил на химфак. В ноябре был первый общеуниверситетский вечер. Я постигал постепенно преемственность добрых традиций нашего ВУЗа. 

Уже здесь.